Раскулаченная

 

 

Посвящаю моей матери Наталье Ивановне,

изгнанной в 1931 году из родного села

Глебово, что в Вяземском районе.

 

      Р А С К У Л А Ч Е Н Н А Я

 

 

 

Крестьянской  дочери  досталась

Судьбина   горькая  сполна,

В  шесть  лет  без  матери  осталась,

В  семнадцать – мужнина  жена;

 

А в двадцать два, прощаясь  с мужем,

Упала  пред  чекистом вдруг,

Не  зная,  что  арест  возможен

И  за  крестьянский  честный  труд.

 

Февральским  вьюжным утром  ранним,

Детей  закутав  потеплей,

Крестьянка  выезжала  в  санях

С  усадьбы  в  ссылку,  от  корней.

 

Сельчанка  шепчет,  как  шальная,

Слезу  рукой  смахнув  с  лица:

«Прощай,  сторонушка  родная,

Могилы  матери,  отца;

 

Хозяйство,  нажитое  с  мужем,

Амбар,  омшаник,  новый  дом;

Поля,  леса  где  в зной  и  стужу

В  согласье  жили  в  трудовом.

                 

Прощайте,  дойные  коровки,

Хавронья,  гуси,  Жучка, Туз!

Ах,  детки,  спрячьте  же  головки,

Утихни, крошка -  карапуз!»

 

За  сотню  вёрст  вверх  по  Бикину

Прискорбный  тащится  обоз,

Клянёт  крестьянка  рок — судьбину

И  первый ссыльный  свой острог.

 

В тайге  у  гольдского  селенья,

В бараке  ветхом  и сыром,

Преодолев  души смятенье,

Нашла  спасенье  мать в одном:

 

Познала ссыльная крестьянка,

Что  у  судьбы  характер  крут,

Поможет  ей  не  с  неба  манка,

А  непомерно  тяжкий  труд.

 

Валила  лес,  дрова  пилила

В сивакской северной тайге

На  четверых  паёк  делила,

Готовя  тюрю  на  воде.

 

Сиделкой,  прачкой,  санитаркой,

Кухаркой  не  чуралась  быть,

Иначе  спецпереселенке

С  детьми  бы  было  не  прожить.

 

У  жарких  топок  на  пекарне

За  хлебушек  марилась  ты,

Забыв  про  глебовские  тайны

И  чары  женской  красоты.

 

В  зиму  холодную  усталой,

В  барак  с  работы  свой  придя,

Мать  своих  деток  согревала

Теплом  сердечным,  не  браня.

 

Молитвы,  сказки  им  читала,

А  после,  когда  подросли,

Садить картошку приучала,

Мыть пол, варганить суп,  борщи.

 

Шестнадцать  лет  отбыла  в  ссылке,

А  столько  же  и  муж – в  тюрьме.

Перегорели  страсти  пылки.

Устраивала  жизнь  вполне.

 

На  склоне  лет  растили  внуков,

Азартно  строили  дома –

В  таёжном  Хархатае,  Шумном

И  в  Вяземском – как  терема.

 

На  южном  солнце  грели  кости,

На  дальней  родине – сердца,

С  Востока  ездили  на  Запад

И  с  запада…,  ища  конца.

 

Сельчанка   милая,  родная,

Тебе  к беде  не  привыкать-

Сынов  оплакивать,  рыдая,

В  могилы  внуков  провожать.

 

Назвать  страданья  все  не  смею:

В  трудах,  заботах  смолоду.

Я  перед  памятью  твоею  

Склоняю  низко  голову.

                                                                           

                                                                       Декабрь 2000г.

 

                           

Наталья Ивановна с детьми 1932 г.
Наталья Ивановна с детьми 1932 г. в ссылке в п. Красный Уголок(ныне Амурская область). Именно такое название было придумано для спецпереселенцев. 

 

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.